Всем пока

- Всем пока, - сказал он, стоя в дверях знакомого офиса.
Бодро вышел на шумную улицу. В транспорте час пик, поэтому решил ехать на маршрутке. До дома добрался удивительно быстро: всего 20 минут. Поднимаясь по грязной привычной для него лестнице, поздоровался с соседом. Достал ключи, думая об ужине. Почти не глядя на дверь, он попытался вставить ключ в скважину. "Опять замок заел?", - подумал и резко отошёл от двери. Это была не его дверь. Надпись на стене та же, подъезд тот же. Вышел во двор, огляделся и зашел обратно, но там была всё та же дверь, железная вместо его деревянной. Мысли бились в голове, цепляясь, друг за друга, оставаясь без завершения. Минут пятнадцать стоял на месте. "Сосед не поздоровался со мной, он даже удивился, тому, что я его знаю. На работе, когда я уходил никто не сказал "пока", - эти мысли не дали облегчения. Жутко хотелось, есть, и он направился к подруге в соседний подъезд, которая всегда поила его чаем.

- Вам кого? - раздался голос из-за двери.
- Марину
- Здесь такие не живут!

Он даже не стал выяснять, в чём дело.
Не замечая, что он делает, спустился и вышел на Марата, ноги сами пошли в парк к ТЮЗу. Между ним и окружающими было толстое и затемнённое стекло: он видел, а его нет. Он разглядывал людей, среди которых он ещё так недавно был, он не мог понять, почему он не ощущал себя "внутри". Странным образом он был сильно выбит из колеи, по которой ещё двигалось всё остальное, уже без него. Что-то слишком большое и тяжёлое для его консервированного автомобильным дымом, шмотками, электроникой разума билось о голову.

Есть хотелось слишком сильно. Он вспомнил как в детстве как-то раз, лет в восемь, мать послала его за продуктами. Надо было заходить в 2 магазина. Пред вторым магазином, большим супермаркетом, он обнаружил, что деньги он благополучно потерял - надо было выкручиваться. С сумкой продуктов, купленных в первом магазине он прошёл мимо камеры хранения, осторожно нагрузил свой пакет нужными продуктами и сдал его в камеру. Успех был приятен, особенно когда он нашёл деньги в резинке спортивных штанов у ботинка. Но сейчас ему уже было не восемь, да и в кармане было сотни две. Купив пакет кефира, он стал думать о ночлеге, чердак "его" дома был наилучшим вариантом. Андрей стыдливо поднялся по лестнице. Огляделся у входа на чердак: бомжей, судя по всему, не было. Он лёг на коричневые пористые камни и задумался, но уже не о своей странной отторженности, взявшейся не понятно, откуда и почему, он думал, как выжить… Думал не без страха, думал не как примерный мальчишка, которого менты по ошибке (по дурости и от безделия) тащили в обезьянник. Он даже и не думал куда-то идти, кому-то что-то объяснять. Он думал мозгом зверя, его мозг даже не думал, а рассчитывал. Чувства, все кроме злобы, покорно притихли, стараясь не мешать.

Раскольников

Оставить запись в гостевой книге